Чаще всего, при ответах на вопрос «Зачем нужны слинги, в чем их преимущества?», слышим в ответ — «Он освобождает маме руки». Потом упоминают про мобильность, про то, что в слинге дети меньше плачут и пр., и пр., и пр.

И только потом вдруг вспоминают, что слинг обеспечивает еще и особую близость – близость сродни той, которая связывала мать и ребенка долгих девять месяцев беременности.

Девять месяцев жгучей радости, нетерпения и ожидания появления малыша на свет. Девять месяцев тревог, страхов, опасений, волнений, ожиданий и планов.

Девять месяцев существования одним неразрывным, неразделимым целым. Когда каждый из вас, еще ни разу не заглянув в глаза друг другу, уже так хорошо друг с другом знаком, уже учится сосуществовать и жить рядом, чувствовать друг друга и даже друг под друга подстраиваться.

Твой малыш — Вселенная во Вселенной, маленькое, но большое и настоящее чудо, не повторение, но продолжение тебя и твоей любви.

Но как-то так получается, что вместе с перерезанием пуповины, эта бесконечно необходимая и привычная обоим близость отодвигается на какой-то дальний план, и первичными становятся свободные руки, мобильность и прочие, на самом деле куда как менее важные вещи.

«Ты приучишь его к рукам», «Он у тебя будет ручной, настрадаешься» — как часто мы слышим от окружающих именно эти доводы, призывающие поменьше носить ребенка и максимально держать его в кроватке, коляске, манеже. Но при этом даже мы, взрослые, чувствуем себя счастливее и нужнее, когда нас часто обнимают, прижимают и целуют.

Неужели деткам, каждую секунду сталкивающимся с огромным, неизвестным, неизведанным еще миром, все это нужно меньше чем нам, взрослым, которые куда как лучше умеют справляться со страхами и одиночеством?

Неужели можно искренне верить в то, что одиночество приятнее и полезнее такой естественной и необходимой близости?

Я бы беззастенчиво соврала, если бы сказала, что изначально была «просветленной» и настроенной на такую постоянную близость. Сразу после родов я почему-то постеснялась (именно постеснялась!) приложить ребенка к груди, в первую ночь оставила его в отделении для новорожденных (акушерка на курсах подготовки к родам посоветовала именно это – отдохнете, мол, выспитесь), очень активно пользовалась коляской и пр., и пр., и пр.

И на волю рвалась: я отношусь к тому разряду людей, которым в отношения иногда дистанция просто необходима. Я не находила, да честно признаться и не нахожу, ничего зазорного в том, что на пару часов в неделю оставляла ребенка с няней. Да, волновалась и переживала каждую секунду, но это давало мне возможность немножко «подышать», отвлечься, разобраться в себе и своих эмоциях и вернуться домой с новым витком бешеного желания быть рядом со своим ребенком. Возвращаясь, я подолгу носила малыша на руках или в слинге, компенсируя нам обоим это мое отсутствие.

Слинг появился у нас в доме, когда ребенку исполнилось три недели, когда его начали мучать газики, а у меня с непривычки от бесконечного ношения, заломило руки. Да и заняться еще чем-то, помимо ношения и кормления ребенка, было необходимо – помочь некому, муж днями напролет на работе, так что обязанностей по дому хватало. Да, слинг выручал – и руки освобождал, и мобильной делал, и малыш почти не плакал, и я меньше о нем волновалась.

Я носила его все чаще и дольше, и постепенно, день за днем, ко мне пришло, вернулось ощущение и понимание ценности этой особой близости с собственным ребенком, которое сопровождало всю беременность.


Ведь на самом деле, нет ничего дороже возможности в любой момент уткнуться носом в сладко пахнущую макушку, коснуться губами шелковистых волосиков, каждую секунду, каждое мгновение чувствовать маленькое, хрупкое и такое драгоценное тельце, слышать и кожей, каждой клеточкой чувствовать его дыхание, нежность, теплоту и близость.
И именно тогда мне больше не стали нужны перерывы на «подышать» и отвлечься. Больше не пришлось выбирать между тем, побыть ли мне с ребенком или приготовить покушать, сходить в магазин или в туалет. Перестала быть необходимой и чья-либо помощь со стороны.

Вернулось ощущение этой особой близости матери и ребенка. Радость и наслаждение этой близостью. Круг замкнулся.

Светлана Шустина, мама Никиты и Айи и слингоконсультант из Нагарии

  • Если вы живете на севере страны и заинтересованы получить у Светы слингоконсультацию — напишите мне, я с удовольствием сообщу вам ее данные.
  • Отправьте комментарий

    Всегда рада вашим комментариям

    Comments

    1. Анастасия

      Оля, хочу присоединиться к основной мысли — да, это действительно самое главное в слинге и ношении — близость с ребёнком! Совершенно согласна! Когд родилась Майя, я пару раз вышла с коляской и совершенно не смогла гулять. Я всё время смотрела на её личико, не отрываясь, я ничего не видела вокруг, мне казалось, что ей там одиноко и неудобно, что её голова прыгает на каждой выбоине и слово амортизаторы меня не спасало. И вот первый раз я завязала слинг — в её 3 недели. И было мне счастье )) Я чувствовала ребёнка, я её приобнимала, я её целовла в макушку и мне было спокойно. Я смогла гулять )) И мы очень счастливы!
      И немного офф — мне подумалось, что точно в таком же ключе нужно говорить и про кормление грудью — многие в последнее время забывают, что это не только еда, но и общение с ребёнком и близость, которую невозможно заменить ничем ))

      1. Да, для меня это тоже оказалось самым главным в ношении – ощущение близости.
        А еще, мне это помогало не бояться, что ребенок замерзнет:-)

    2. фейга

      + слово за здоровье :) не только душевное, но и фактические-физическое:) Для маминой и детской спины и для бедер малыша
      Замечательная статья-спасибо!

    Добавить комментарий

    Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.